В Жабинке живут внук и правнучка священника Николая Михаловского, погибшего в 1943 году. Он происходил из рода, воспитавшего нескольких священнослужителей. Николай Михаловский родился в апреле 1901 года в селе Киселевцы. Перед Первой мировой войной он начал учиться в Виленской духовной семинарии. Летом 1915 года из-за войны семья переехала в Москву, где служил его дядя-протоиерей. Затем были Калужская и Воронежская губернии. В 17 лет он стал псаломщиком в деревенской церкви: пел на клиросе, читал богослужебные тексты, учился вести церковную документацию. После болезни тифом семья вернулась на родину, которая к тому времени вошла в состав Польши.
Образование и становление священника
Николай продолжил учебу в Виленской семинарии. Многие семинаристы и преподаватели были настроены антипольски. Преподавание велось на русском языке, белорусскую литературу вел писатель Максим Горецкий. В семинарии действовал историко-культурный кружок, где обсуждали белорусскую литературу. Вероятно, Николай был его членом. В 1922 году семинаристов освобождали от занятий для агитации за блок национальных меньшинств на выборах в польский парламент. По предположению родственников, он мог участвовать в агитации в Черевачицком приходе, где служил его отец. Семинарию он окончил в 1926 году. Уже во время учебы его по ходатайству отца назначили псаломщиком в Черевачицкую церковь.
В 1928 году в возрасте 27 лет Николай Михаловский женился на дочери священника Ксении Маркевич и принял сан. В июне того же года он стал настоятелем Крестовоздвиженской церкви в деревне Рогозно. В 1936 году у них родилась дочь Галина. По словам правнучки Марины Терещенко, работающей врачом в Бресте, супруги очень любили друг друга.
Сотрудничество с подпольем и гибель
В годы оккупации фашисты превратили храм в казарму. Священник вывез колокола, ценные иконы и книги в Свято-Покровский храм в Жабинке. Он лишился возможности служить в храме, но продолжал крестить детей, отпевать покойников, исповедовать и молиться с прихожанами на дому. Осенью 1942 года он начал сотрудничать с подпольщиками. По рассказам родственников, он снабжал партизан продуктами, медикаментами, хозяйственным мылом и иногда оружием, оставляя это в тайнике.
В один из дней священника с повозкой остановили немцы. Найдя спрятанные гранаты, его схватили и долго пытали: выкручивали ноги, подвешивали на оконной решетке храма, били. Не получив признания, его заставили выкопать себе могилу около церкви и закопали полуживым. Дата гибели — 27 сентября 1943 года. Деревня Рогозно была сожжена фашистами в ночь с 6 на 7 ноября 1943 года, погибли все 56 жителей. Эти события описаны в книге «Геноцид на Жабинковщине».
Сохранение памяти
После войны останки Николая Михаловского перезахоронили у церкви в Черевачицах, где служил его отец. На памятнике указаны годы жизни и надпись «Замучен немцами». Внук священника Николай Криворучко вместе с семьей посещает могилу дважды в год — 27 сентября и накануне Христова Воскресения.
Крестовоздвиженский храм после гибели настоятеля сгорел. В 2006 году в Рогозно построили храм Святого великомученика Димитрия Солунского, который считают духовной наследницей сгоревшего. Настоятель протоиерей Владимир Алексеев отмечает, что храм стоит на месте довоенной школы, где преподавал отец Николай. На стене установлена памятная доска в память о 70-летии гибели священника с цитатой из Евангелия от Иоанна: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих». Школьники из соседнего агрогородка приезжают на экскурсии, слушают рассказы о жизни священника и о геноциде белорусского народа. Руководитель по военно-патриотическому воспитанию Федор Сиротюк проводит для них открытые уроки в церковной беседке.